Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
01:43 

Глава 16

Grencia Elijah Mars Guo Ekkener
Все это нервы, бэйби, и это никак не похоже на блюз
Что бассейн наполнен подогретой морской водой, обнаружила Туу-Тикки. И тут же, переодевшись в купальник, бросилась плескаться. Грен некоторое время глядел из окна на то, как она плавает. Волосы она собрала в тугой пучок высоко на темени и плескалась, как морской котик.
- Иди сюда! - крикнула она, заметив Грена, задумчиво смотревшего на блеск солнца на воде.
- Только найду плавки, - улыбнулся он.
Через несколько минут, в синем купальном халате поверх плавок, Грен вернулся к бассейну. Бросил халат на пустой шезлонг и медленно спустился по угловым ступенькам, чувствуя, как теплая вода покрывает сначала ступни, потом охватывает голени... Когда вода коснулась колен, он бросился в воду, и только вынырнув, сообразил, что оставил волосы распущенными. Они плавали вокруг него, как водоросли.
Туу-Тикки зависла у дальнего бортика, рядом с доской для прыжков. Грен осторожно поплыл к ней. Он слишком давно не плавал, со школы, а под доской было глубоко. И все стили плавания он забыл, кроме брасса.
- Я когда-то училась плавать, спортивная секция и второй юношеский по плаванию, - похвасталась Туу-Тикки, протягивая ему руку. Грен вцепился в стальную, обтянутую пластиком под дерево лесенку и перевел дух. Туу-Тикки убрала с его лица прилипшую прядь и сказала:
- Ты совсем иначе выглядишь, когда волосы убраны назад. Строже, тоньше.
Грен смущенно отвел взгляд.
- Сколько тут метров? - спросил он.
- В длину? Пятнадцать и десять в ширину. Неплохо для частного бассейна. Не пятьдесят или сто, как в спортивных, но поплавать можно. Главное, вода теплая. В океане купаться нельзя вообще.
- Почему? - удивился Грен.
- Вода — двенадцать градусов. Тут проходит северное течение, у самого побережья. Холодно.
- Двенадцать? Не представляю, как это ощущается.
- Ну как из холодного крана примерно. А в этом бассейне — двадцать пять, вон термометр на бортике. Поплыли до того края наперегонки?
Противоположного бортика они коснулись одновременно. Грен уверенно встал на дно, выложенное пупырчатой плиткой. Ему здесь было по подбородок. Туу-Тикки держалась за бортик — ее вода укрыла бы с головой.
- Когда поедешь за Домиником? - спросила она.
- Вообще не поеду, - покачал головой Грен. - Я оставил ему денег на такси, сам доберется.
- Ты не переоцениваешь степень его адаптации?
- У него есть планшет, с которого можно позвонить. Случится что — наберет мой номер. Не думаю, что в наши с тобой обязанности входит опекать дееспособных гостей.
Туу-Тикки, прищурившись, посмотрела на него.
- Ты не выспался и оттого недоволен?
Грен слизнул с губ соленые капли.
- И оттого тоже. Не то чтобы меня нервировали гости, но я не предполагал, что они задержатся.
Туу-Тикки положила руки ему на плечи, чтобы удержаться. Грен придержал ее за талию, чувствуя, какая она легкая в этой непривычно плотной воде.
- Всякое бывает, - сказала она. - «Сестры» мне написали — у Тами Рауль и Катце жили несколько месяцев, пока Катце не перевел свои деньги на Землю и не купил пентхаус в Нью-Йорке. У Тави сначала болел и выздоравливал Старший Сефирот — это тот, что приходил к нам, а потом его сын и вовсе у них поселился. Насчет Алекса — Йодзу обещал прислать Дэна, чтобы разобраться с алексовыми проблемами.
- Дэн — это кто?
- Второй муж Тами.
- А первый?.. - нерешительно начал Грен.
- Да, - кивнула Туу-Тикки, поняв его с полуслова. - У них менаж-а-труа, Дэн — дорожный навигатор. И киборг.
Грен изумленно распахнул глаза.
- Я не настолько продвинут, чтобы заниматься сексом с машиной.
- Он больше человек, чем машина, - объяснила Туу-Тикки. - Да еще с примесью крови ши. Но эта примесь — она у всех вас есть. В смысле, у всех твоих братьев, которые есть в дома-у-дороги.
Грен притянул Туу-Тикки к себе и повлек к ступенькам.
- Странно говорить об этом в бассейне, - объяснил он.
- Ну мы же совсем мало купались! - возмутилась Туу-Тикки.
- Бассейн никуда не убежит, - уверенно сказал Грен, помогая ей поняться, - а возможность побыть наедине у нас в последнее время выпадает нечасто. Значит, мои «братья» есть не только в домах-у-дороги, я правильно тебя понял?
- Йодзу писал, что да, но прочие живут себе своей жизнью кто где. Кто-то на Венере, кто-то на Земле в какой-то левой реальности...
- Я запутался, - признался Грен. - Если есть три дома-у-дороги на разных Землях, в них три Грена Эккенера, перемещенных из параллельной реальности, да еще несколько Эккенеров в еще каких-то реальностях, то сколько их вообще, этих миров?
- Я не спрашивала, - покачала головой Туу-Тикки. - Много. Целый веер Земель. Он большой. Очень большой.
- Ладно, пусть, - кивнул Грен. - Хорошо. Нам это, в целом, и неважно, я думаю.
- Согласна. Твои «братья» обещали написать тебе, я послала им твой емэйл. Ну, их женам.
- Я еще не проверял почту, - признался Грен. - Вообще не помню, когда я в последний раз садился за комп.
Туу-Тикки что-то прошептала духам. На подносе рядом с ее шезлонгом через несколько минут появились трубка, табак, зажигалка, пепельница и два стакана воды с мятой и лаймом.
- О, спасибо, - Грен отпил ледяной воды. - Никак не могу привыкнуть. Лежать у бассейна, пить элитные напитки... это не про меня.
- Угу, это про нас, - усмехнулась Туу-Тикки. - Самое занятное, что ветер не ощущается, а посмотри, как бегут облака.
- Чары?
- Скорее всего. Март месяц — мы бы замерзли здесь в таком виде.
Грен оценил ее «вид» - светло-зеленый с серебристой отделкой купальник, закрывающий живот и приподнимающий грудь.
- Живот не загорит, - заметил он.
- Да я вообще не люблю загорать, - отмахнулась Туу-Тикки. - Тави и Тами обещали прийти завтра после обеда. У них то же время, что и у нас.
- Прийти? - удивился Грен. - Зря я не взял темные очки.
- Вели духу принести.
- Мне нужны мои темные очки, - немного по-дурацки себя чувствуя, сказал Грен в пространство. Через пару минут стильные «авиаторы» с металлически-синими стеклами повисли перед ним в воздухе. - Спасибо.
- Прийти, да. Дэн обещал связать три наших зеркала, так что мы сможем ходить в гости и советоваться.
- В гости я не рвусь, но советоваться — это ценно, - признал Грен. - Я слишком неуверенно себя чувствую в своей новой роли.
- По тебе и не скажешь, - покачала головой Туу-Тикки.
Вокруг нее вился сладкий, пахнущий медом дым. Грен с удовольствием вдохнул его.
- Практика. Я бы недолго прожил, если бы показывал слабость.
- Но ты и в самом деле сильный, - заметила Туу-Тикки. - Тебе не повели крышу ни телесные изменения — они же были, правда? - ни богатство, ни другой мир, другая страна и другой климат. Я вот до сих пор не адаптировалась до конца.
- Я тоже, - нахмурился Грен. - Телесные изменения были, да. И у тебя?
- Еще какие! Меня словно заново вылепили.
- У меня в первый день были те же самые ощущения. Убрали все лишнее.
- Вот-вот.
- Понимаешь, - Грен задумался, как объяснить, - я сам не знаю, какой я. Прошлое умерло, а в настоящее я еще до конца не влился. Я был студентом, солдатом, заключенным, беглым каторжником... много кем был. И я отчаялся. Уже не верил, что мирная жизнь для меня возможна. С того момента, как у меня началась тюремная депрессия, я вообще не представлял, как буду жить, когда весь этот кошмар кончится. Потому что чувствовал, что он не кончится никогда. Я жил в аду, погружался все глубже и глубже, и понимал, что у меня никогда не будет сил что-то кардинально изменить. Банальных физических сил. Когда я решился умереть на Каллисто, я уже был смертником. У меня был пневмосклероз в сочетании с кровотечениями из бронхов — на Каллисто слишком плохой воздух, а моя работа не способствовала тому, чтобы носить респиратор. Предел прочности был пройден. Я кончился. И вот теперь — я здесь, здоров, свободен, могу хоть пойти в какой-нибудь оркестр, хоть накопить на яхту или самолет. Но я не хочу.
- Пока не хочешь, - мягко сказала Туу-Тикки и взяла Грена за руку. - Это пройдет.
- Не знаю, - вздохнул он и сжал ее пальцы. - Красивый лак. Я, если честно, восхищаюсь тобой — тем, что у тебя есть желания и ты их реализуешь.
- Это инерция, - объяснила Туу-Тикки. - Я просто добираю то, чего мне так не хватало в прошлой жизни. Да, собственно, добрала уже практически. Красивая одежда, любимое хобби, вкусная еда... Я примитивная зверюшка.
- Позволь не поверить. Я видел твою библиотеку, и твою фонотеку на ноуте тоже видел.
- На стационарном компе больше, - улыбнулась она. - Да, я меломанка.
- Я заметил. И заметил, что слушаешь ты достаточно сложные вещи. Фолк, неоклассику, неофолк, нью-эйдж. Не то, что крутится в чартах.
Туу-Тикки снова улыбнулась.
- Я могу выглядеть на двадцать, - сказала она, - но мне ведь больше. И тебе больше.
- Да, - согласился он. - Мне тридцать в сентябре. Ну то есть у меня день рождения тридцатого, но на Каллисто, когда я оттуда улетел, был август. Так что, наверное, мне уже есть тридцать.
- А у меня двадцать седьмого, и тоже сентября, - обрадовалась Туу-Тикки. - Будем праздновать вместе? У меня в документах число и месяц правильные, только год не тот.
- У меня тоже. Что ж, будем праздновать, - Грен поцеловал ей руку.
- А у меня для тебя подарок, - вдруг сказала Туу-Тикки и, потянувшись, встала с шезлонга. - Пойдем.


Вечером Грен сидел и рассматривал подарок. Это был фотоальбом — изящная, изысканная рукодельная вещица, достаточно строгая по стилю. Стиль был Грену незнаком — шестеренки, скрипичные ключи, бронзовые подвески, коричневые кружева, слои состаренной бумаги — и все это на обложке из грубого небеленого льна. Внутренние страницы тоже были украшены, и в центре каждой — место под фотографию и табличка, чтобы ее подписать.
После ужина Грен принялся раскладывать и подписывать снимки. Странное дело: снимок с Вишесом, который он когда-то разорвал, а потом кое-как склеил, был целым. И на остальных не было следов: ни времени, ни скотча. Вот мама, вот дед, вот их выпуск в колледже. Фото на Европе — там Грен был в учебке перед отправкой на Титан. Вот сам Титан. А это уже Каллисто. Альбом был большим, а снимков — не так много, как казалось Грену, всего десятка три.
На последние страницы Грен вклеил те, что Туу-Тикки сделала в первые дни. Какое же у него тогда было растерянное лицо... Совсем юное. Он перелистал альбом к снимкам, сделанным в колледже. Нет, все-таки лица разные. Не просто возвращенная юность. Взгляд не мальчишеский.
В гостиной Доминик, переполненный впечатлениями, рассказывал о плавании на яхте Кодзу и Алексу. Туу-Тикки сидела за компом — Грен видел ее в аське и в блогах. Прочитал ее последний пост про бассейн с морской водой, просмотрел комментарии. Они были подписаны друг на друга, и Грен давно заметил, что о нем Туу-Тикки не пишет ничего. Правда, он и сам ничего не писал о ней. Слишком дорогое, слишком личное, чтобы делиться с незнакомцами. Правда, он выкладывал музыку. А она.... Грен обновил страницу. Ну да. Она затеяла писать драбблы по заказам, только что выложила новые. Грен не знал фэндомов, о которых она писала, кроме «Шерлока», и не особенно разбирался в литературе, но тексты Туу-Тикки ему нравились. Он оставил комментарий в записи о драбблах — попросил написать про Нео и Морфеуса, с ключевым словом «обреченность», выключил компьютер и ушел спать.
Уснуть не получилось. Грен лег, но сон не шел. Ворох старых фотографий растревожил душу. Не помогли ни два часа в ванне с «Извлечением троих», ни чашка теплого молока, ни три подряд сигареты. Грен просто боялся уснуть. Прошлое шевелилось в глубине и норовило подняться и выплеснуться. Так что он просто сидел на подоконнике, смотрел на луну и старался ни о чем не думать.
Луна уже вскарабкалась высоко в небо, когда в дверь тихо постучали. Грен пошел открывать, уже зная, кто наведался к нему в такое время.
- Фон идет на весь дом, - Туу-Тикки шагнула через порог и обняла его, согревая.
На ней был легкий шелковый халат, волосы собраны в небрежную косу, переброшенную на грудь, и пахло от нее зеленым чаем — совсем слабо.
- Не могу уснуть, - признался Грен.
- Ложись, а я посижу рядом, - предложила она.
Грен включил бра и забрался под скомканное одеяло. Туу-Тикки легла на свободную половину кровати.
- Как ты определила, что это именно я? - задал он вопрос. - Я то и дело путаю чужие эмоции. Иногда даже со своими.
- У тебя особый... призвук, что ли. Такой синий и металлический. В общем, тебя я всегда распознаю. Доминик — тот угловатый и острый. Кодзу имбирный немного и колючий. Алекс округлый и жесткий. У котов эмоции совсем простые, у Вьюна посложнее, но тоже не перепутаешь. Не умею объяснить. Это как голоса, у каждого свой. Правда, не знаю.
Грен успокаивающе погладил ее по плечу.
- Спасибо, что пришла. Я тебя разбудил?
- Нет, я не спала еще. Я вообще стала мало спать. Ночь — время эльфов, что поделать.
Они рассмеялись. Туу-Тикки лежала на боку, опираясь на локоть. Грен закинул руки за голову.
- Я смотрел фотографии, - объяснил он. - Вспоминал. Когда я вспоминаю, я словно заново все переживаю. Там есть фотография, например, где я играю в «Синем вороне». Проходное фото, ничего особенного. Но его поместили в местной газете, в культурном разделе. И после ко мне просто валом пошли клиенты. В клуб тоже, но больше ко мне. Всем хотелось трахнуть «звезду» лунного масштаба. А я даже выбирать не мог.
Повисла тишина. Грен понял, что проговорился, и понял, как проговорился. А Туу-Тикки пододвинулась к нему, обняла и положила голову на плечо.
- Тебе не противно? - тихо спросил он.
- Нет, - сказала она, гладя его по груди. - Какое это имеет значение, мой хороший? Ты — это не то, что ты делал и уж тем более не то, что делали с тобой.
- С чего ты взяла, что это был не мой собственный выбор?
- Тебе не было бы так тяжело сейчас, если бы это был твой выбор. Психологические защиты бы сработали, понимаешь? Если бы ты решил заняться проституцией сам, ты бы придумал себе десяток оправданий и вообще не думал бы об этом. Еще бы и гордился.
- А я и гордился. Главная «королева» тюрьмы, любимец всего начальства, - Грен сглотнул горькую слюну.
- То-то ты сбежал от такой гордости.
- А вышло так на так, - Грен обнял Туу-Тикки, прижался ненадолго щекой к ее волосам. - На Каллисто я выступил ровно в том же статусе. Моя «слава» летела впереди меня.
- Ты не забросил музыку. Ты играл, профессионально играл. Я даже представить боюсь, каково было снова браться за саксофон после такого перерыва.
- Я за него ухватился, как утопающий за бревно, - вздохнул Грен. - Хоть что-то мое. Хоть какой-то кусочек жизни, в котором я принадлежу только себе. Мне врач запретил играть через полтора года, но я все равно продолжал. Потому что без музыки — проще было сразу лечь и умереть.
Некоторое время они молчали. Потом Грен спросил:
- Почему тебя не удивляет и не шокирует эта история?
- Потому что я ожидала чего-то подобного, - призналась Туу-Тикки. - С того момента, как ты сказал про тюрьму. Эта субкультура, или как ее назвать — она везде одинакова. А ты слишком красив, на свою беду. Тебя бы не пропустили, не обошли стороной, не бывает таких чудес. Я успела свыкнуться с этой мыслью. Только мне больно, что я нигде, никак, ничем не могла тебе помочь.
Грен почувствовал резь под веками. Моргнул раз, другой, потер мокрые ресницы.
- Все прошло, - сказал он. - И спасибо, что ты со мной. Что пришла и все-все понимаешь. Я даже не надеялся...
- Я люблю тебя, - просто сказала Туу-Тикки. - Вот и все.
- Amor wincit omni? Я тоже тебя люблю. И благодарен Йодзу за нас с тобой. Хотя он мне и не нравится.
- Почему? Такой милый котик...
- Просто не нравится. Можно тебя кое о чем попросить?
- Мррр?
- Не уходи к себе сегодня. Я не про секс — просто...
- Угу, - кивнула Туу-Тикки и развязала пояс халата. Под ним был жемчужный шелковый комплект — топик и шорты. Туу-Тикки швырнула халат на стул и сказала: - Пусти под одеяло.

Прослушать или скачать Юрий Наумов Дорога Назад бесплатно на Простоплеер

URL
Комментарии
2014-03-09 в 02:18 

HardRain
Infinite Diversity in Infinite Combinations
:weep3: Туу-Тикки такая понимающая... Грена адски повезло с ней.

2014-03-09 в 02:19 

PaleFire
Пьяная змея ползает по прямой
HardRain, так ведь и он тоже молодец, что не закрылся после того как проговорился. Это и сложно, и больно, и страшно, особенно когда ты говоришь не своему психотерапевту, а любимой женщине.

2014-03-09 в 03:03 

HardRain
Infinite Diversity in Infinite Combinations
PaleFire, да, он правильно сделал, это смело очень. Но всё равно, это знание могло оттолкнуть Туу-Тикки от Грена.

2014-03-09 в 03:05 

PaleFire
Пьяная змея ползает по прямой
HardRain, Могло, и он не собирался вообще ей говорить.
Но вырвалось так вырвалось. Момент истины своего рода.
Зато дальше Грену будет легче, потому что самая стыдная его тайна раскрылась, и он может не бояться, что Туу-Тикки о ней узнает и оттолкнет его.
Но он правда ее сильно недооценивает. Просто потому, что не знает о ней почти ничего - Туу-Тикки на самом деле больше слушает, чем говорит.

2014-03-09 в 22:43 

Shee
Danger is real. Fear is a choice (с)
Так у них же ужн связаны зеркала, разве нет? С другими домами, Йодзу же говорил.

Интересно, что Грен возвращается к жизни быстрее, чем Тикки.

2014-03-09 в 22:45 

PaleFire
Пьяная змея ползает по прямой
Shee, Не говорил вроде.

Почему ты считаешь, что Грен быстрее?

2014-03-09 в 22:55 

Shee
Danger is real. Fear is a choice (с)
PaleFire, посмотри по тексту на всякий случай. Йодзу точно перечислял им, с какими местами их зеркало связано, там точно был Клеа.

Ну, мне так кажется :-) у каждого из них свой темп. Может, дело в физическом поле.

2014-03-09 в 22:57 

PaleFire
Пьяная змея ползает по прямой
Shee, с Клеа-то да, но то с Клеа. С остальными домами - нет.

Может быть. Они же просто очень разные эльфы :)

2014-03-11 в 17:01 

Shee
Danger is real. Fear is a choice (с)
PaleFire, да и люди они тоже разные ;)

2014-03-11 в 17:03 

PaleFire
Пьяная змея ползает по прямой
Shee, еще какие разные
И мутируют в сидхе они тоже очень по-разному.

   

Блюз пустого неба

главная